23:22 

Брэндон Сандерсон. Warbreaker. Глава тридцать вторая

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Сири пытается заниматься политикой и слушает красочные истории.

32

К моменту пробуждения Сири он уже всегда уходил.
Она лежала в широкой, хорошо набитой кровати, а сквозь окно струился утренний свет. Дневное солнце уже нагрело воздух, и даже под одной простыней было слишком жарко. Сири отбросила ее, но осталась на кровати, глядя в потолок.
По свету солнца она определила, что уже почти полдень: они с Сесеброном обычно говорили допоздна. Может, это и хорошо: остальные увидят, что она каждое утро встает позднее и позднее, и отнесут это на счет других занятий.
Сири потянулась и задумалась: поначалу было странно говорить с Королем-Богом. Но по прошествии дней беседы стали для нее все более и более естественными. Ее очаровывало то, как он писал – неуверенно и неумело, но передавая столь интересные мысли. Сири подозревала, что если бы он заговорил – то у него бы был добрый голос. Он был столь мягок; этого она даже и не могла ожидать.
Сири улыбнулась, зарывшись поглубже в подушку; было бы неплохо, останься он тут до ее пробуждения. Она была счастлива – и этого от Халландрена тоже не ожидала. Правда, Сири скучала по горам и злилась из-за того, что не могла покинуть Двор Богов, особенно учитывая политику.
И все же тут было много другого. Много чудес. Сверкающие цвета, артисты, само потрясающее впечатление от Т’Телира. И еще – возможность каждую ночь говорить с Сесеброном. Для семьи дерзость Сири служила источником смущения и стыда, но Сесеброна она завораживала, даже привлекала.
Сири снова улыбнулась, почти погрузившись в дрему – но реальная жизнь вмешалась. Сесеброну угрожала опасность, истинная, серьезная опасность. Однако он не верил, что его священники могут злоумышлять или стать угрозой. Та же невинность, что так привлекала в нем, сейчас страшно мешала.
Но что делать? Никто больше не знал о его затруднениях. Помочь Сесеброну мог лишь один человек – а он, увы, для дела не подходил. Сири пропускала уроки, и судьба застигла ее совершенно врасплох.
«И что делать?» – задалась вопросом она.
Сири уставилась в потолок: оказалось непросто призвать обычный стыд по поводу пропущенных уроков. Она ошибалась. Сколько еще времени ей надо хандрить и злиться на себя за что-то, что уже прошло?
«Ну ладно, – сказала она себе. – Хватит отговорок. Может, я и не подготовлена так, как должна – но я здесь, сейчас, и мне надо что-то делать.
Потому что больше никто ничего не сделает».
Сири выбралась из кровати, запустив пальцы в длинные волосы. Сесеброну нравилась их длина – его они завораживали так же, как и служанок. А так как те помогали заботиться о волосах, то длина стоила неудобств.
Она скрестила руки на груди рубашки и прошлась по комнате. Надо было сыграть в эту игру… нет, нельзя так думать. «Игра» идет с малыми ставками – а тут малыми и не пахло, на кону стояла жизнь Короля-Бога.
Сири зарылась в память, стараясь вытащить из нее осколки знаний. Политика крутилась вокруг обменов; надо было отдать то, что у тебя было – или что все считали твоим – и получить больше. Примерно то же, что и с торговлей: начинаешь с определенным запасом, и к концу года надеешься его приумножить. А может, и полностью поменять на иной и лучший запас.
«Не поднимайте много шума, пока не будете готовы ударить, – посоветовал ей Светопеснь. – Не выглядите слишком невинной, но и не пытайтесь показаться слишком умной. Будьте посредственностью».
Сири остановилась у кровати, собрала простыни и забросила их в тлеющий огонь – как поступала каждый день.
«Что я могу дать взамен? – подумала она, глядя на запылавшие в большом очаге простыни. – Что я могу продать или обменять? Немногое».
Но придется работать с тем, что есть.
Она подошла к двери и распахнула ее: снаружи, как обычно, оказались служанки. Уже знакомые женщины закружились вокруг нее, внося одежду, другие принялись прибирать комнату. Некоторые из них носили коричневое.
Служанки принялись одевать королеву; Сири выделила взглядом девушку в коричневом. Улучив момент, она подалась вперед, коснувшись плеча служанки.
– Ты из Панн-Каля, – тихо сказала Сири.
Удивленная девушка кивнула.
– Передай от меня послание Синепалому, – шепнула Сири. – Скажи, что у меня есть очень важные сведения, которые он должен знать. Я хочу совершить обмен. Скажи ему, что они могут совершенно поменять его планы.
Девушка побледнела, но кивнула; Сири отступила, позволяя одевать себя дальше. Разговор слышала еще пара служанок, но среди святых заветов халландренской религии имелся и такой – слуги бога не должны повторять услышанные ими тайные беседы. Сири надеялась, что так и будет; в случае чего – не так много она и сказала.
А теперь оставалось лишь решить, что за «важные сведения» у нее есть и почему Синепалому они должны быть интересны.

– Моя дорогая королева! – Светопеснь не только ступил навстречу Сири, когда та вошла в ложу над ареной, но еще и обнял ее.
Светопеснь жестом пригласил ее сесть в один из шезлонгов; Сири улыбнулась и осторожно опустилась. Она уже начала ценить изысканные халландренские платья, но еще не приучилась грациозно двигаться в них. Стоило ей сесть, и Светопеснь послал за фруктами.
– Вы слишком добры ко мне, – сказала Сири.
– Ерунда, – отозвался Светопеснь. – Вы же моя королева! Вдобавок, вы напоминаете мне кое-кого, кто мне был очень симпатичен.
– А кого именно?
– Признаться, понятия не имею, – сказал Светопеснь принимая от слуги тарелку нарезанного винограда, и предлагая ее Сири. – Я ее едва помню. Виноград?
Сири подняла бровь, но уже знала, что чрезмерно поощрять его не следует.
– Скажите, – спросила она, накалывая кусочек винограда на деревянную палочку, – почему вы зоветесь «Светопеснь Отважный»?
– О, это просто, – отозвался он, откинувшись назад. – Среди богов лишь я достаточно отважен, чтобы вести себя как полный идиот.
Сири вновь подняла бровь.
– Мне подобает истинное мужество, – продолжил Светопеснь. – Видите ли, обычно я весьма скучен и серьезен. Каждый вечер я искренне желаю лишь сидеть и сочинять бесконечно иносказательные лекции о морали, которые мои священники будут читать моим последователям. Увы, я не могу. Вместо того я ежевечерне выхожу, оставляя дидактику и теологию и занимаюсь тем, для чего нужно истинное мужество: провожу время с другими богами.
– А почему для этого нужно мужество?
Светопеснь взглянул на нее.
– Госпожа моя. Вы видели, какими нудными они способны быть?
Сири рассмеялась.
– Но в самом деле – откуда взялось прозвище?
– Это совершенная ошибка, – отозвался Светопеснь. – Конечно, вы достаточно умны, чтобы это заметить. Наши имена и титулы назначаются случайным образом – маленькой обезьянкой, которой дают выпить непомерное количество джина.
– Сейчас вы просто глупо себя ведете.
– Сейчас? – спросил Светопеснь и поднял кубок вина. – Сейчас? Дорогая моя, я всегда веду себя глупо. Пожалуйста, возьмите свои слова обратно!
Сири лишь покачала головой; кажется, Светопеснь сегодня был в ударе.
«Отлично, – подумала она. – Моего мужа могут убить неизвестные лица, а в союзниках у меня только писец, который меня боится, и бог, который несет чушь».
– Дело в смерти, – наконец сказал Светопеснь; священники начали входить на арену, готовясь в нынешним дебатам.
Сири взглянула на него.
– Все умирают, – сказал Светопеснь. – Однако некоторые умирают так, что ярчайшим образом проявляют некую особую характеристику или чувство. В них вспыхивает нечто, отличающее их от других людей. Говорят, это нас и возвращает.
Он замолчал.
– Значит, вы умерли, проявив великую храбрость? – спросила Сири.
– Вероятно, – кивнул он. – Точно не знаю. Сны подсказывают, что я мог обидеть очень большую пантеру. Храбро звучит, правда?
– Вы не знаете, как умерли?
Светопеснь покачал головой и пояснил:
– Мы забываем. Мы пробуждаемся лишенными памяти. Я даже не знаю, какой работой я занимался.
Сири улыбнулась.
– По-моему, вы были дипломатом или неким торговцем. Кем-то, кому надо очень много говорить, но очень мало сказать!
– Да, – тихо сказал он, уставившись на священников внизу и став совершенно непохожим на себя. – Да, без сомнения, именно так…
Светопеснь покачал головой и улыбнулся Сири.
– Неважно, моя дорогая королева. Сегодня у меня есть для вас сюрприз!
«Хочу ли я получить сюрприз от Светопесни?»
Сири нервно огляделась.
Светопеснь рассмеялся.
– Не бойтесь, – сказал он. – Мои сюрпризы редко вредят, и уж точно никогда не вредят прекрасным королевам.
Он махнул рукой, подзывая пожилого человека с удивительно длинной белой бородой.
Сири нахмурилась.
– Это Хойд, – объяснил Светопеснь. – Мастер-рассказчик. Как помнится, вы хотели задать ряд вопросов…
Сири с облегчением рассмеялась, лишь теперь вспомнив о собственной просьбе. Она бросила взгляд на священников внизу.
– А… мы не должны уделять внимание речам?
Светопеснь безразлично помахал рукой.
– Уделять внимание? Смехотворно! Это было бы слишком ответственно с нашей стороны. Мы же боги, Цвета свидетели. Ну хорошо, я – бог, вы достаточно близко стоите. Приемная богиня, можно сказать. В любом случае, вы точно хотите послушать, как компания нудных священников болтает о канализации?
Сири фыркнула.
– Я так и думал. Кроме того, ни у кого у нас нет права голоса по этому вопросу. Так что давайте распорядимся временем мудро. Мы никогда не знаем, когда кончится!
– Кончится время? – удивилась Сири. – Но вы бессмертны!
– Не время кончится, – Светопеснь поднял тарелку. – Виноград. Ненавижу слушать истории без винограда.
Сири вздохнула, но принялась поедать виноград; рассказчик терпеливо ждал. Взглянув на него повнимательнее, Сири заключила, что он вовсе не так стар, как показалось вначале. Борода, наверное, знак профессии; не похожа на фальшивую, но, вероятно, выбелена. На деле он был куда моложе, чем хотел показаться.
И все же она сомневалась, что Светопеснь удовольствовался бы кем-то, кроме лучшего специалиста. Так что Сири поудобнее устроилась в кресле – сделанном явно для человека ее размеров.
«Надо быть поосторожнее с вопросами, – подумала она. – Нельзя прямо спросить о смертях Королей-Богов; это будет слишком уж очевидно».
– Рассказчик, – произнесла она. – Что ты знаешь об истории Халландрена?
– Многое, моя королева, – склонил голову он.
– Расскажи о времени до раскола Идриса и Халландрена.
– А, – произнес Хойд и сунул руку в карман. Он извлек пригоршню песка и растер его в пальцах, позволив мягко заструиться к земле; слабый ветерок подхватил песчинки. – Ее величество желает одну из древних историй, из далекого прошлого. Рассказ из времен до истории?
– Я хочу знать о происхождении Королей-Богов Халландрена.
– Тогда мы начнем со времени, овеянного туманами, – сказал рассказчик.
Он вскинул руку, и с пальцев посыпался мелкий черный песок, смешавшись с песком из другой руки. На глазах у Сири черный песок побелел; она наклонила голову, улыбнувшись представлению.
– Первый Король-Бог Халландрена был древним, – произнес Хойд. – Да, древним. Старше королевств и городов, старше монархов и религий. Но не старше гор, ибо они уже были здесь. Подобно пальцам спящего исполина они охватывали эту долину, где жили пантеры и цветы.
Мы говорим сейчас лишь о «долине», о месте, еще не имевшем имени. Тогда миром еще правили люди Чедеша; они переплыли Внутреннее Море с востока и именно они нашли эту странную землю. С тех времен осталось мало записей – их империя обратилась в пыль, но сохранилась память. Может быть, вы представите, как они изумились, прибыв сюда? Увидев пляжи с тонким мягким песком, изобилие фруктов и странные, чужие леса?
Хойд извлек из складок одежды нечто иное – пригоршню зеленых листьев с отростков папоротника; он принялся рассыпать их перед собой.
– Они назвали это место раем, – прошептал Хойд. – Раем, что сокрыт меж гор, землей мягких дождей, что всегда теплы, землей, где изобильная пища растет сама по себе.
Он подбросил в воздух пригоршню листьев, и в кружащемся облаке вспыхнула цветная пыль – словно маленький фейерверк без пламени. Темно-красный и синий цвета смешались в воздухе, закружившись вокруг рассказчика.
– Земля цвета. Слезы Эдгли, потрясающие цветы такой яркости, что краски из них быстро соединялись с любой тканью.
Сири никогда раньше не думала о том, как Халландрен выглядел для переплывших Внутреннее Море. Она слышала рассказы приходивших в Идрис торговцев историями; они повествовали о далеких странах. В других местах были прерии и степи, горы и пустыни. Но не джунгли. Халландрен был уникален.
– В то время родился Первый Вернувшийся, – продолжил Хойд, рассыпав перед собой серебряные блестки. – Это случилось на борту корабля, что шел вдоль побережья. Теперь Вернувшиеся появляются во всем мире, но первый – тот, кого вы зовете Во, но которого мы называем лишь по титулу – родился здесь, в водах этого залива. Он провозгласил Пять Видений. Он умер неделю спустя.
Команда его корабля основала королевство на этих берегах и нарекла его Ханальдом. До их прибытия в этих джунглях жили лишь люди Панн-Каля – не столько королевство, сколько горсть рыбацких деревень.
Блестки кончились, и Хойд рассыпал из другой ладони коричневатый порошок, одновременно копаясь в кармане свободной рукой.
– Может, вы спросите, почему я начал столь издалека. Разве не должен я говорить о Всевойне, о разбитых королевствах, о Пяти Ученых или Каладе Узурпаторе и его призрачной армии, которая и по сей день скрывается в джунглях, как говорят? На эти события мы обращаем внимание, их люди знают лучше всего. Но говорить лишь о них – значит, упускать историю тех трехсот лет, что привели к ним. Случилась бы Всевойна без знаний о Вернувшихся? В конце концов, именно Вернувшиеся предсказали войну и побудили Враждолова напасть на королевства за горами.
– Враждолова? – перебила его Сири.
– Да, ваше величество, – Хойд перешел на черную пыль. – Враждолов. Другое имя Калада Узурпатора.
– Похоже на имя Вернувшегося.
Хойд кивнул.
– Это так, – сказал он. – Калад был Вернувшимся, как и Миротворец – который сверг его и основал Халландрен. До этого мы еще не дошли – мы говорим о Ханальде, форпосте, что стал королевством, созданным командой Первого Вернувшегося. Именно они выбрали королевой жену Первого Вернувшегося, и с помощью Слез Эдгли создали чудесные краски, которые за немыслимую цену продаются по всему миру. Вскоре Ханальд расцвел от торговли.
Рассказчик извлек цветочные лепестки и подбросил их перед собой.
– Слезы Эдгли. Источник богатства Халландрена. Столь маленькие, столь легко растущие тут. И все же только на этой почве они способны жить. В других странах краски производить очень тяжело и дорого; некоторые ученые говорят, что Всевойна началась из-за этих лепестков, и что королевства Кут и Хут погибли из-за маленьких цветных капель.
Лепестки упали на пол.
– Но только некоторые ученые так говорят, рассказчик? – сказал Светопеснь; Сири вздрогнула – она почти забыла о его присутствии. – Что говорят другие? Почему, по их мнению, началась Всевойна?
На мгновение рассказчик замолчал; затем он принялся рассыпать пыль полудюжины цветов.
– Дыхание, ваша светлость. Многие соглашаются, что Всевойна касалась не только выжимки цветов, но и куда большего – выжимки людей. Возможно, вы знаете, что королевская семья все больше интересовалась тем, как Дыхание дарует жизнь предметам. Тогда его впервые назвали Пробуждением, и оно было новым и плохо освоенным искусством. Всего четыре столетия назад были открыты способы работы с человеческой душой, силой давать жизнь обычным предметам и мертвецам. Краткий срок по меркам богов.
– В отличие от заседаний двора, – пробормотал Светопеснь, глянув на священников, все еще обсуждавших канализацию. – Они тянутся словно вечность, по меркам вот этого бога.
Рассказчик нисколько не смутился вмешательству.
– Дыхание, – произнес он. – Годы, что привели к Всевойне, были эпохой Пяти Ученых и открытием новых Приказов. Для некоторых это время стало сроком великого просвещения и науки. Для других – темнейшим временем человечества, ибо мы научились лучше всего использовать друг друга.
Он начал сыпать новую пыль – то ярко-желтую, то черную. Сири с интересом наблюдала за рассказчиком; кажется, он подбирал слова для нее, стараясь не оскорбить идрийские чувства.
А что она и впрямь знала о Дыхании? Она даже редко видела при дворе Пробудителей, а когда видела – ей было безразлично. Монахи осуждали такие явления, но… их она слушала примерно так же, как и наставников.
– Один из Пяти Ученых совершил открытие, – продолжил Хойд, рассыпав пригоршню кусочков белой бумаги, покрытых надписями. – Приказы. Способы. Средства, которыми можно создать Безжизненного одним Дыханием. Это может показаться мелочью – но посмотрите на прошлое этого королевства и его основание. Халландрен был создан слугами Вернувшегося и его границы раздвинула деятельная торговля. Он владел удивительно богатым краем, который, благодаря открытию северных перевалов и уходов за ними, а также все более искусным навигаторам, становился жемчужиной, желанной для остального мира.
Хойд помедлил, и вскинул вторую руку, рассыпав маленькие кусочки металла; те ударялись о камень словно капли дождя.
– И так началась война, – сказал он. – Пять Ученых разделились, поддержав разные стороны. Некоторые королевства получили Безжизненных, другие – не получили. Некоторые царства обрели оружие, которому другие могли лишь завидовать.
Моя история дает еще один ответ на вопрос бога о причинах Всевойны: создавать Безжизненных стало дешево. До открытия Приказа одного Дыхания, сотворение Безжизненного требовало пятидесяти Дыханий. Лишние солдаты – даже Безжизненные – не слишком полезны, когда их в пятьдесят раз меньше, чем уже имеющихся. Однако, если можно создать Безжизненного одним Дыханием… из расчета один к одному… это удвоит вашу армию. И половине ее не потребуется еда.
Металл больше не падал.
– Безжизненные не сильнее обычных людей, – промолвил Хойд. – Они мало отличаются. Они не более умелы, чем живые. Они мало отличаются. Однако они не едят, как обычные люди – и это дает огромное преимущество. Учтите, что им безразлична боль, и что они не чувствую страха… и внезапно вы обретаете армию, против которой другим не выстоять. Калад зашел еще дальше – говорят, что он создал новый и более могучий вид Безжизненных, и получил еще более пугающее преимущество.
– А что за новые Безжизненные? – с интересом спросила Сири.
– Никто не помнит, ваше величество, – ответил Хойд. – Записи о тех временах утеряны. Некоторые говорят, что их намеренно сожгли. Чем бы ни были на деле Призраки Калада, они были ужасны и пугающи – и потому, даже хотя время похоронило детали, сами призраки живут в нашей памяти. И наших ругательствах.
– А они действительно где-то существуют? – Сири слегка вздрогнула и посмотрела в сторону незримых джунглей. – Как в сказках? Невидимая армия, что ждет, когда Калад вернется и снова поведет ее?
– Увы, – сказал Хойд, – я рассказываю лишь истории. Как я сказал, столь многое о тех временах потеряно для нас.
– Но мы знаем о королевской семье, – заметила Сири. – Они откололись, потому что были не согласны с Каладом, верно? Они видели, как сомнительно морально применение Безжизненных?
Рассказчик заколебался.
– Ну, да, – сказал он наконец, улыбнувшись в бороду. – Да, видели, ваше величество.
Она подняла бровь.
– Тсс, – наклонился к ней Светопеснь. – Он вам лжет.
– Ваша светлость, – низко поклонился рассказчик, – я прошу прощения. Существуют разные объяснения! Я лишь рассказываю истории – все истории.
– А о чем повествуют другие истории? – спросила Сири.
– Они не сходятся, ваше величество, – ответил Хойд. – Ваши люди говорят о религиозном возмущении и предательстве Калада Узурпатора. Панн-кальцы рассказывают о том, как королевская семья старалась получить могучих Безжизненных и Пробудителей, и изумилась, когда их инструменты обернулись против них же. В Халландрене говорят, как короли объединились с Каладом, сделали его генералом и не обратили внимания на волю народа, а стали кровожадно алкать войны.
Он поднял взгляд и рассыпал две горсти черной угольной пыли.
– Но время пылает за нами, и остаются лишь память и пепел. Память скользит из разума в разум, обретая звучание в моих устах. Когда все правдиво, и все ложно – имеет ли значение, если кто-то говорит, что короли пытались создать Безжизненных? Вы верите в то, во что верите.
– В любом случае Вернувшиеся получили власть над Халландреном, – констатировала Сири.
– Да, – подтвердил Хойд. – И они дали ему новое имя, вариант прежнего. И все же некоторые по-прежнему с уважением говорят об ушедших королях, которые унесли в горы кровь Первого Вернувшегося.
Сири нахмурилась.
– Кровь Первого Вернувшегося?
– Да, конечно, – ответил Хойд. – Именно его жена, носившая его ребенка, стала первой королевой этой страны. Вы – его потомок.
Сири резко села.
Светопеснь с интересом повернулся к ней.
– Вы не знали? – спросил он, и голос его прозвучал без обычного легкомыслия.
Она покачала головой.
– Если об этом мой народ и знает – то не говорит.
Кажется, Светопеснь это заинтересовало; где-то внизу священники взялись за иную тему – что-то о безопасности в городе и усилении патрулей в трущобах.
Сири улыбнулась, увидев способ перейти к вопросам, которые действительно желала задать.
– Таким образом, Короли-Боги Халландрена не несут в себе кровь Первого Вернувшегося.
– Да, ваше величество, – ответил Хойд, подбросив в воздух кусочки глины.
– А сколько было Королей-Богов?
– Пять, ваше величество, – последовал ответ. – Включая Его Бессмертное Величество Владыку Сесеброна, но исключая Миротворца.
– Пять королей, – протянула она. – За триста лет?
– Да, ваше величество, – подтвердил Хойд, рассыпав перед собой немного золотой пыли. – Халландренская династия была основана по завершении Всевойны; первый Король-Бог получил Дыхание и жизнь от самого Миротворца – того почитали за то, что он сокрушил Призраков Калада и положил мирный конец Всевойне. С тех пор каждый Король-Бог зачинал мертворожденного сына, который Возвращался и занимал его место.
Сири наклонилась вперед.
– Постой. Как Миротворец создал нового Короля-Бога?
– А, – Хойд вновь перешел на песок, рассыпая его левой рукой. – Вот эта история стерта временем. И в самом деле – как? Дыхание можно передать от человека человеку, но Дыхание – сколько бы его ни было – не превращает в бога. По легендам Миротворец умер, передав Дыхание преемнику. В конце концов, разве не может бог отдать жизнь и благословить другого?
– Не лучший признак умственной стабильности, по-моему, – сказал Светопеснь, жестом велев принести еще винограда. – Рассказчик, ты не слишком укрепляешь нашу уверенность в предшественниках. Кроме того, если бог отдает Дыхание, то получатель божественность не обретает.
– Я лишь рассказываю истории, ваша светлость, – повторил Хойд. – Может, они правдивы, может – вымышлены. Я лишь знаю, что существуют сами истории, и что я должен их поведать.
«С предельно возможным шиком», – подумала Сири, когда Хойд сунул руку в новый карман и извлек пригоршню травинок и кусочков земли; они медленно посыпались сквозь пальцы.
– Я говорю о временах основания, ваша светлость, – продолжил Хойд. – Миротворец был необычным Вернувшимся – он сумел не дать Безжизненным буйствовать. Он и впрямь изгнал Призраков Калада, составлявших большую часть армии Халландрена; тем самым он оставил свой народ без защиты. Так Миротворец поступил, стараясь призвать мир; конечно, к тому времени для Кута и Хута было уже поздно. Однако другие королевства – Панн-Каль, Тедрадель, Гис и сам Халландрен – покончили с конфликтом. Нельзя ли было ожидать большего от того бога богов, который сумел достичь столь многого? Может, он и совершил нечто неповторимое, как говорят священники. Может, он оставил некое семя в Королях-Богах Халландрена, что позволило им передавать силу и божественность от отца к сыну?
«Наследие, дающее право на власть, – подумала Сири, попутно отправив в рот кусочек винограда. – Короли-Боги могут править, если у них в предках такой потрясающий бог. И угрозой им может стать только…
Только королевская семья Идриса, способная проследить свое происхождение до Первого Вернувшегося. Еще одно божественное наследие, соперник за право власти в Халландрене».
Но она так и не поняла, как умирали Короли-Боги. И истории не объясняли, почему некоторые боги – вроде Первого Вернувшегося – могли зачать ребенка, а другие не были на это способны.
– Они бессмертны, да? – уточнила Сири.
Хойд кивнул, мягко рассыпая землю и траву, и меняя тему щепоткой белого порошка.
– Да, ваше величество. Короли-Боги не стареют, как и все Вернувшиеся. Отсутствие старения – дар всех, кто достиг Пятого Возвышения.
– Но почему было пять Королей-Богов? – спросила Сири. – Почему умер первый из них?
– Почему Вернувшиеся уходят, ваше величество? – ответил вопросом Хойд.
– Потому что сходят с ума, – вставил Светопеснь.
Рассказчик улыбнулся.
– Потому что они устают. Боги не похожи на обычных людей; они возвращаются ради нас, а не ради себя, и когда больше не могут выносить жизнь, они умирают. Короли-Боги живут столько, сколько понадобится для появления наследника.
Сири вздрогнула.
– Об этом широко известно? – быстро спросила она, и слегка съежилась, осознав, что фраза звучит подозрительно.
– Конечно, ваше величество, – ответил рассказчик. – Хотя бы рассказчикам и ученым. Каждый Король-Бог покидал этот мир вскоре после рождения сына и наследника. Это естественно. Когда появляется наследник, то Король-Бог начинает чувствовать тревогу. Каждый из них искал возможность использовать Дыхание на благо царства. А затем…
Он вскинул руку, щелкнув пальцами и плеснув немного воды, мигом поднявшейся туманом.
– А затем они умирают, – сказал он, – и оставляют людям благословение, а наследнику – власть.
Все трое замолчали; туман перед Хойдом постепенно испарялся.
– Не самое лучшее, что можно сказать новобрачной, рассказчик, – заметил Светопеснь. – Невесела весть о том, что ее муж устанет от жизни, когда она понесет ребенка.
– Я не пытаюсь очаровать, ваша светлость, – поклонился Хойд. У его ног легкий ветер вольно смешивал песок, пыль и блестки. – Я лишь рассказываю истории. Эту знают многие; я должен был посчитать, что ее величеству тоже захочется ее узнать.
– Благодарю, – тихо сказала Сири. – Спасибо, что рассказал. Скажи, где ты научился так… необычно рассказывать?
Хойд с улыбкой взглянул на нее.
– Я научился этому очень много лет назад у человека, который не знал, кем является, ваше величество. Это случилось в далеком месте, где соединялись две земли и умирали боги. Но это неважно.
Сири отнесла размытое объяснение на счет желания Хойда создать себе подобающе романтическое и таинственное прошлое. Сказанное о смертях Королей-Богов интересовало ее значительно больше.
«Итак, есть официальное объяснение, – подумала она, ощущая тугой ком в животе. – И оно действительно правдоподобно. Теологически все логично – Короли-Боги уходят, когда обеспечат достойного наследника.
Но все равно не ясно, как Сокровище Миротворца – это изобилие Дыханий – переходит от одного Короля-Бога к другому, раз у них нет языков. И не объясняет, почему человек вроде Сесеброна устанет от жизни, когда она его столь привлекает».
Официальная версия подходила для тех, кто не знал Короля-Бога, но для Сири она распадалась на глазах. Сесеброн никогда бы так не поступил. Не сейчас.
Но… изменится ли что-то, если она понесет ребенка? Устанет ли Сесеброн от нее с такой легкостью?
– Может, нам стоит надеяться, что старик Сесеброн нас покинет, моя королева, – лениво сказал Светопеснь, играя виноградом. – Подозреваю, вас в это насильно втянули. Если Сесеброн умрет, может, вы даже сможете вернуться домой. Никто не пострадает, люди излечатся, наследник будет на троне. Все или рады, или мертвы.
Внизу продолжали спорить священники; Хойд поклонился, ожидая, пока его отпустят.
«Рады… или мертвы».
Сири почувствовала тошноту и поднялась.
– Простите меня, – сказала она. – Я бы хотела немного пройтись. Благодарю за рассказ, Хойд.
И с этими словами и в сопровождении свиты она быстро покинула павильон, не желая показать Светопесни слезы.


Появляющийся здесь Хойд - персонаж не эпизодический. Вернее, эпизодический - но во всех романах, относящихся ко вселенной Космера, несмотря на то, что их разделяют века и границы миров. Он постоянно контактирует с главными героями, выступает осведомителем, шутом, нищим, рассказчиком... и еще один автор знает кем. Судя по всему, Хойд владеет кучей видов магии с разных миров, обладает знаниями в самых неожиданных областях и действует согласно каким-то своим побуждениям. Во всяком случае, рядом с героями он появляется постоянно.
А, да, Сири ошибается в оценке его возраста. Хойд, напротив, старше, чем выглядит. Намного старше: он старше разумной жизни как минимум в двух мирах.

@темы: Cандерсон, Warbreaker, Переводы

URL
Комментарии
2014-04-23 в 06:31 

princess_Diana
Черная Луна/ Серебро в крови и светлые флаги восстания
продолжение! это чудесно, спасибо!

2014-04-23 в 11:57 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Пожалуйста.)
На меня столько разного навалилось, что перевод замедлился. Сегодня еще будет.)

URL
2014-04-23 в 12:35 

Реван Онаси
Как я сдерживаю ярость? Секрет в том, что я зол постоянно. (с) Вариан Ринн
Бедная Сири! Ситуация у них с Сесеброном аховая - так плохо и так - ещё хуже.

2014-04-23 в 12:51 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Иначе не вышло бы повествования.)

URL
2014-04-24 в 10:11 

Aschgrau
У человека очень много мозгов, уследить за ними сложно, поэтому не ожидай, что все они будут работать, тем более в одно и то же время.
Такое чувство, что Хойд - аватар Сандерсона. И, естественно, он присутствовал при том самом знаменательном событии, будучи автором.

2014-04-24 в 10:58 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Хойд банально мироходец с дивным талантом попадать в интересные времена.)

URL
2014-04-24 в 11:40 

Aschgrau
У человека очень много мозгов, уследить за ними сложно, поэтому не ожидай, что все они будут работать, тем более в одно и то же время.
Хойд банально мироходец
Не банально. Сандерсон подтвердил, что он присутствовал при Расколе Адональсия. Плюс все его действия так или иначе способствуют выживанию миров, где есть Осколки. Плюс он знает ключевые подробности о сущности Ненависти и его носителя, и активно борется с оным.

2014-04-24 в 11:52 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Естественно. Не только присутствовал, но и лично знал большинство Владельцев Осколков; что же до действий - тут сложно сказать, пока что активнее всего он на Рошаре. В остальных случаях цели неясны.
Да и многие сомневаются, что его действия и впрямь пойдут на пользу.
А "банально" - потому что не один он меж мирами мотается.)

URL
2014-04-24 в 11:55 

Aschgrau
У человека очень много мозгов, уследить за ними сложно, поэтому не ожидай, что все они будут работать, тем более в одно и то же время.
Ну, тут он подтолкнул Сири и Светопеснь к правильному выбору, в Элантрисе фактически помог сохранить город и АйонДор.

2014-04-24 в 12:03 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
В Элантрисе его роль не настолько значима; помочь доставить припасы, полагаю, мог не только он. Меньше всего его "экранная" роль в "Рожденных туманом", но там он себе изрядную силу добыл.
В общем, Хойд - как экзальтовские Провидцы.) Мелкое воздействие тут, появление там - и результат есть.)

URL
2014-04-24 в 12:08 

Aschgrau
У человека очень много мозгов, уследить за ними сложно, поэтому не ожидай, что все они будут работать, тем более в одно и то же время.
Или как Драконы из TSW. Впрочем, концепт довольно популярен.

2014-05-01 в 09:27 

Хойд, напротив, старше, чем выглядит. Намного старше: он старше разумной жизни как минимум в двух мирах.

Каких двух миров?
За перевод большое спасибо.

URL
2014-05-01 в 12:03 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Рошара и Скадриала. В обоих случаях разумную жизнь - если не жизнь вообще - там создали прибывшие Осколки; Хойд же старше Раскола.
О происхождении жизни иных миров просто нет данных)

URL
2014-07-23 в 12:20 

alaknog
Умное и серьёзное выражение лица — это ещё не признак ума! Улыбайтесь чаще, господа(с) // Ленивец чешуйчатый(с)
А что такое Осколки?

2014-07-23 в 12:34 

V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Осколки Адональсиума. Что такое "Адональсиум" - совершенно неясно, но известно, что он некогда раскололся, и его осколки, воплощающие собой разные концепты, слились с людьми и рассыпались по мирам. Фактически, это боги, но с конкретной темой.
Вот на Нальтисе есть один Осколок - Дарование.

URL
     

Terra Draconica

главная