V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Вивенна переживает очередное потрясение и неуверенно становится на путь.

37

В трущобах даже ясный день мог показаться ночью.
Вивенна бесцельно бродила, переступая груды цветного мусора. Она знала, что надо найти убежище и оставаться там – но не могла ясно мыслить.
Парлин погиб. Ее друг с самого детства. Она убедила его пойти с ней, и сейчас это путешествие казалось самым идиотским решением. Он погиб из-за нее.
Дент и его люди предали ее. Нет. Они никогда на нее и не работали. Теперь, вспоминая все случившееся, Вивенна видела признаки – то, как легко они нашли ее в ресторане, как добрались с ее помощью до Дыхания Лемекса, как манипулировали ей, заставив почувствовать, что она – главная. Все это время с Вивенной лишь играли.
Она была пленницей и даже не знала о том.
Предательство было тем больнее, что Вивенна начала им доверять, даже сдружилась с ними. А ведь должна была все заметить: шутливую жестокость Тонк Фа, объяснения Дента о том, что наемники никому не верны. Он даже указал, что Жемчужина может работать против своих богов. Что значит предательство друга по сравнению с этим?
Вивенна пробралась в новый переулок, коснувшись кирпичной стены рядом. Пальцы испачкали грязь и сажа; волосы оставались мертвенно-белыми. Они все еще не вернули прежнего цвета.
Нападение в трущобах пугало. Пленение Вашером ужасало. Но Парлин, привязанный к стулу, истекающий кровью, с рассеченными щеками, сквозь которые виднелись десны…
Она никогда не забудет. Нечто внутри сломалось – способность ощущать. Она просто чувствовала себя… онемелой.
Дойдя до конца переулка, Вивенна тупо подняла взгляд. Перед ней была стена. Тупик. Надо отсюда уйти.
– Ты, – прозвучал голос.
Вивенна повернулась, изумившись скорости своей реакции. Разум ее был потрясен, но животная часть не дремала. Она была способна защищаться.
Сейчас она находилась в узкой аллее – вроде тех, по которым бродила весь день. Вивенна не покидала трущобы, решив, что Дент будет ждать ее в самом городе. Он знал Вивенну лучше, чем она сама; затуманенный разум решил, что остаться в беспорядочных, тихих трущобах – хорошая мысль.
На небольшой груде ящиков позади нее сидел расставивший ноги мужчина. Он был невысок и темноволос, одет по-трущобному – смесь предметов одежды на разной степени потрепанности.
– Ты изрядно всех переполошила, – сказал человек.
Вивенна не двинулась.
– Женщина в трущобах, прекрасное белое платье, темные глаза, белые растрепанные волосы. Если б после недавней облавы все так не дергались, тебя бы уже давно заприметили.
Мужчина показался смутно знакомым.
– Ты идриец, – прошептала Вивенна. – Ты был в толпе, когда я пришла к хозяевам трущоб.
Он пожал плечами.
– Значит, ты знаешь, кто я, – сказала Вивенна.
– Ничего я не знаю, – ответил он. – Уж точно не то, что может втравить меня в проблемы.
– Пожалуйста, – выдохнула Вивенна. – Ты должен помочь мне.
Она шагнула вперед.
Мужчина спрыгнул с ящиков, и в его руке сверкнул нож.
– Помочь? – переспросил он. – Когда ты пришла, я видел, как ты смотришь на нас. Свысока. Прямо как халландренцы.
Вивенна отшатнулась.
– Многие видели, что ты тут бродишь как привидение, – сказал мужчина. – Но вроде никто точно не знает, где тебя найти. А ведь ищут, и рьяно.
«Дент, – поняла она. – Чудо, что я осталась на свободе так долго. Мне надо что-то сделать. Перестать бродить. Найти убежище».
– Думаю, кто-то тебя все же найдет, – сказал незнакомец. – Так что мне надо сработать первым.
– Пожалуйста, – прошептала она.
Он вскинул нож.
– Я тебя не сдам. Это ты все же заслужила. Да и привлекать к себе внимание не хочу. Но вот платье… за него много заплатят, даже за порванное. Эта тряпка накормит мою семью на несколько недель.
Вивенна заколебалась.
– Закричишь, и я тебя порежу, – тихо сказал он. – Это не угроза. Это так и будет. Платье, принцесса. Тебе без него лучше. В нем тебя каждый приметит.
Может, применить Дыхание? А если оно не сработает? Вивенна не могла сосредоточиться и ощущала, что не сможет правильно отдать Приказы.
Она заколебалась, но блеск ножа оказался убедителен. Так что, глядя перед собой и чувствуя себя совсем чужой, Вивенна принялась расстегивать пуговицы.
– На землю не кидай, – бросил незнакомец. – Оно и так уже грязное.
Вивенна стянула платье и содрогнулась – на ней остались лишь нижние панталоны и рубашка. Незнакомец взял платье и залез в карман, нахмурился и вышвырнул оттуда веревку.
– Денег нет?
Вивенна тупо покачала головой.
– Тогда штаны. Они шелковые, верно?
Рубашка доходила до середины бедер; Вивенна наклонилась вперед, стягивая панталоны, и передала их. Мужчина забрал одежду и в его глазах мелькнула искра жадности… или чего-то иного.
– Рубашку, – помахал ножом он.
– Нет, – тихо ответила Вивенна.
Он шагнул вперед, и нечто внутри принцессы прорвалось.
– Нет! – вскричала она. – Нет, нет, НЕТ! Забирай свой город, свои цвета и одежду, и пошел прочь! Оставь меня!
Она рухнула на колени в слезах, и, зачерпнув отбросы и грязь, растерла их по рубашке.
– Вот! – вскричала Вивенна. – Хочешь ее? Возьми у меня! Вот так и продай.
Мужчина заколебался, не исполнил угрозу. Он огляделся, прижал драгоценную ткань к груди и бросился прочь.
Вивенна рухнула на землю. Откуда только взялись новые слезы?
Она свернулась, не обращая внимания на мусор и грязь, и зарыдала.

Пока Вивенна лежала в грязи, пошел дождь – мягкий, смутный халландренский дождь. Влажные капли поцеловали щеку принцессы, маленькие ручейки расчертили стены переулка.
Она была голодна и измотана. Но дождь слегка прояснил мысли.
Надо было двигаться. Вор был прав – платье ей мешало. В рубашке – особенно промокшей – Вивенна чувствовала себя голой, но она видела женщин в трущобах, которые носили ничуть не больше одежды. Сейчас же надо было двигаться, стать еще одной измазанной грязью и сажей бродяжкой.
Она подползла к куче мусора и заметила, что из нее высовывается ткань. Вивенна выдернула из кучи грязную вонючую шаль… или тряпку? В любом случае ее можно было обернуть вокруг плеч и затянуть на груди, чтобы хоть как-то прикрыться. Вивенна попыталась сделать волосы черными, но не получилось.
Она села; сил не хватало даже на раздражение. Вместо того Вивенна просто втерла в волосы грязь и копоть, скрыв бледную белизну под болезненно-коричневым оттенком.
«Они слишком длинные, – подумала она. – Надо что-то сделать. Волосы выделяются. У нищих таких длинных волос не бывает – за ними трудно ухаживать».
Вивенна двинулась к выходу из переулка и остановилась. Когда она накинула шаль на плечи – то та стала ярче.
«Дыхание. Меня мгновенно опознает любой обладатель Первого Возвышения. Я не могу спрятаться в трущобах!»
Вивенна все еще чувствовала потерю Дыхания, которое вложила в веревку и иного – которое потратила на плащ наемника. И все же оставалось еще много; осознав свое положение, Вивенна прижалась к стене, чуть не потеряв власть над собой.
А затем ее внезапно осенило.
«Тонк Фа подкрался ко мне в подвале. Я не почувствовала его Дыхания – и не почуяла Вашера, когда он подстерегал меня в комнате».
Ответ оказался до смешного простым. Вивенна не чувствовала Дыхания в веревке, которую оживила; ее она и подняла, завязав вокруг лодыжки. Затем подняла перед собой шаль – жалкую, потрепанную по краям; сквозь сажу едва проступал красный цвет.
– Жизнь моя для тебя, – повторила она слова, которые требовал от нее Дент. – Дыхание мое, стань твоим.
Именно этими словами Лемекс передал ей свое Дыхание.
С шалью тоже сработало.
Все Дыхание вытекло из тела, перейдя в шаль. Приказа не было, и шаль не сможет ничего сделать – но Дыхание, наверное, окажется в безопасности. Вивенну больше не будет выдавать аура.
Никакая.
Она едва не рухнула на землю, ощутив потерю всего Дыхания. Раньше Вивенна чувствовала город вокруг – но теперь все застыло. Словно затихло. Словно весь город вымер.
А может, сама Вивенна умерла. Стала Тусклой.
Она медленно поднялась, содрогнулась от струй дождя и стерла воду с глаз. Затем набросила шаль с Дыханиями, завернулась в нее и побрела прочь.

@темы: Cандерсон, Warbreaker, Переводы