V-Z
Должен - значит могу!/Нельзя убивать игрока без согласия персонажа
Вивенна узнает больше о том, что на самом деле происходит, и снова оказывается на дипломатической встрече.
43
Вивенна очнулась – больная, усталая, изголодавшаяся, томимая жаждой. Но живая.
Она открыла глаза, ощущая нечто странное – комфорт. Вивенна лежала в удобной мягкой кровати.
Она немедля села, и голова тут же закружилась.
– Я бы был поосторожнее, – прозвучал голос. – Ты еще слаба.
Вивенна моргнула, прогоняя туман из глаз, приглядевшись к человеку, сидевшему за столом рядом. Он, похоже, ел; к столу был прислонен черный меч в серебряных ножнах.
– Ты, – выдохнула Вивенна.
– Я, – ответил Вашер, не отрываясь от еды.
Вивенна оглядела себя; на ней больше не было рубашки, ее сменила пижама из мягкого хлопка. Тело было чистым; коснувшись волос, Вивенна поняла, что колтуны и клубки исчезли – но пряди были по-прежнему белыми.
Чистота казалась столь странной.
– Ты… изнасиловал меня? – тихо спросила она.
Вашер фыркнул.
– Меня не привлекают женщины, побывавшие в постели Дента.
– Я с ним никогда не спала, – заметила она, даже не зная, зачем сообщает это Вашеру.
Тот повернулся; Вивенна отметила, что борода у него по-прежнему клочковатая и неровная; одежда была куда менее изысканной, чем ее собственная.
Он взглянул принцессе в глаза.
– Дент тебя одурачил, да?
Она кивнула.
– Идиотка.
Она снова кивнула.
Вашер снова вернулся к трапезе.
– Этот дом принадлежит женщине, – сообщил он. – Я ей заплатил, и она тебя мыла, одевала и меняла постельное белье. Я тебя и не коснулся.
Вивенна нахмурилась.
– Что… что случилось?
– Ты помнишь бой на улице?
– С твоим мечом?
Вашер кивнул.
– Смутно. Ты меня спас.
– Я вырвал инструмент из рук Дента, – заметил Вашер. – Только это и было важно.
– Все равно спасибо.
Несколько секунд он молчал и наконец проронил:
– Да не за что.
– Почему я так плохо себя чувствую?
– Трамария, – пояснил он. – В горах этой болезни не бывает, ее переносят насекомые. Ты, скорее всего, подцепила ее за пару недель до того, как я тебя нашел. Если ты слаба, то она не проходит.
Вивенна коснулась лба.
– Похоже, тебе пришлось несладко, – заметил Вашер. – Головокружение, помрачение рассудка, голод…
– Да, – ответила Вивенна.
– Ты это заслужила, – сообщил Вашер, не отвлекаясь от еды.
Некоторое время Вивенна не двигалась; от пищи так приятно пахло – но, похоже, ее кормили, пока не спала лихорадка, она не чувствовала столь сильного голода, какой можно было бы ожидать.
– Сколько времени я была без сознания? – спросила Вивенна.
– С неделю, – ответил Вашер. – Тебе надо было поспать.
– Что ты собираешься со мной делать?
Он не ответил, спросив вместо того:
– У тебя были биохроматические Дыхания. Ты отдала их Денту?
Вивенна помедлила, задумавшись.
– Да.
Вашер поглядел на нее, подняв бровь.
– Нет, – призналась Вивенна, отворачиваясь. – Я влила их в шаль, которая на мне была.
Вашер встал и вышел; Вивенна задумалась о побеге, но вместо того выбралась из кровати и принялась доедать его завтрак – целую жареную рыбу. Морская пища больше ее не отвращала.
Вернувшись, Вашер остановился в дверях, глядя, как Вивенна расправляется с рыбой. Он не согнал ее со стула, а просто придвинул к столу другой; подождав, он поднял отмытую и чистую шаль.
– Эту? – спросил Вашер.
Вивенна застыла; к ее щеке прилип кусочек рыбы. Вашер положил шаль на стол рядом с хозяйкой.
– Ты ее возвращаешь? – изумилась та.
Вашер пожал плечами.
– Если там хранится Дыхание, то мне до него не добраться. Только ты можешь его извлечь.
– Я не знаю Приказа, – Вивенна взяла ткань.
Вашер снова вскинул бровь.
– Ты выбралась из моих веревок, не Пробуждая их?
– Этот Приказ я угадала, – покачала головой принцесса.
– Надо было кляп получше вставить. В смысле – «угадала»?
– Тогда я впервые применила Дыхание.
– А, да, ты же королевской крови.
– Это что значит?
Вашер лишь покачал головой и указал на шаль.
– Дыхание твое ко мне, – сказал он. – Вот нужный тебе Приказ.
Вивенна положила руку на шаль и произнесла слова.
Все мгновенно переменилось.
Головокружение прошло, мир вокруг ожил; Вивенна резко втянула воздух, содрогаясь от наслаждения вернувшимся Дыханием. Оно накатило с такой силой, что она соскользнула со стула, вздрагивая, словно в припадке. Она чувствовала жизнь. Чувствовала Вашера и ореол яркого и прекрасного цвета вокруг него. Она снова была жива.
Несколько секунд она просто купалась в этом ощущении.
– Когда впервые обретаешь Дыхание, то оно потрясает, – сказал Вашер. – Если возвращаешь его себе после часа-двух – то чувствуешь себя неплохо. Но подожди пару недель или хотя бы несколько дней – и ощутишь себя так, будто принял Дыхание впервые.
Вивенна улыбнулась, чувствуя себя превосходно; она забралась в кресло и смахнула кусочек рыбы с лица.
– Болезнь прошла!
– Конечно, – бросил Вашер. – Если я верно вижу, то у тебя хватает Дыхания на Третье Возвышение как минимум. Ты никогда не заболеешь. Ты едва будешь стареть. Конечно, если сумеешь удержать Дыхание.
Вивенна с ужасом взглянула на него.
– Нет, – заверил Вашер. – Я не собираюсь принуждать тебя отдать мне Дыхание… хотя и стоило бы. От тебя куда больше проблем, чем пользы, принцесса.
Вивенна снова принялась за еду, чувствуя большую уверенность. Последние несколько недель показались кошмаром – жуткой иллюзией, не связанной с ее жизнью. Действительно ли она сидела на улице и выпрашивала деньги? Действительно ли она спала под дождем и жила в грязи? Действительно ли она задумалась о том, чтобы стать проституткой?
Да, задумалась. Вивенна не забыла пережитое лишь потому, что снова обрела Дыхание. Но, может, на нее повлияло то, что она стала Тусклой? Повлияла подхваченная ей болезнь? В любом случае, сильнее всего влияло простое отчаяние.
– Ну хорошо, – Вашер встал и взял черный меч. – Пора идти.
– Куда? – с подозрением спросила Вивенна. При прошлой встрече с этим человеком он ее связал, заставил коснуться своего меча и оставил с кляпом во рту.
Вашер не обратил внимания на недовольство и бросил на стол кучу одежды.
– Одевайся.
Вивенна проглядела ворох: плотные штаны, рубашка, которую можно заправить в них, жилет как верхняя одежда. Все вещи – разных оттенков синего; вдобавок нижнее белье цветом потусклее.
– Это мужская одежда, – заметила Вивенна.
– Она практична, – бросил Вашер, двинувшись к двери. – Я не собираюсь тратить деньги на красивые платья, принцесса. Придется привыкать к таким вещам.
Вивенна открыла рот, и тут же закрыла, проглотив возмущение. Она совсем недавно провела целых… даже непонятно сколько времени на улицах в тонкой, почти прозрачной рубашке, доходившей до середины бедер. Так что штаны и рубашку она приняла с благодарностью.
– Постой, – сказала Вивенна, повернувшись к Вашеру. – Я благодарна за одежду. Но могу я хотя бы узнать – что ты собираешься со мной сделать?
Вашер задержался у двери.
– У меня для тебя есть дело.
Вивенна содрогнулась, подумав о телах, которые показал Дент – об убитых Вашером людях.
– Ты снова собираешься убивать, да?
Он повернулся к ней, нахмурившись.
– Дент чего-то добивается. Я хочу ему помешать.
– Дент работал на меня, – сказала Вивенна. – Точнее, притворялся, что работал. Все, что он делал, было сделано по моему приказу. Он лишь подыгрывал, чтобы я чувствовала себя главной.
Вашер внезапно расхохотался, и Вивенна покраснела. Впервые со смерти Парлина ее волосы ответили на чувства и порыжели.
Случившееся казалось невероятным. Две недели на улице? Они показались ей вечностью. Но теперь она была чиста, сыта и чувствовала себя почти по-прежнему. Отчасти – из-за Дыхания, чудесного и прекрасного Дыхания. С ним совершенно не хотелось разлучаться.
Совсем не похоже на нее. Но кем она тогда стала? И важно ли это?
– Ты надо мной смеешься, – сказала Вивенна, глядя на Вашера. – Но я просто старалась исправить положение. Я хотела помочь моему народу в грядущей войне. Сразиться с Халландреном.
– Халландрен тебе не враг.
– Враг, – резко сказала Вивенна. – И он собирается напасть на мой народ.
– У священников хватает причин поступать так.
Вивенна фыркнула.
– Дент сказал, что каждый человек думает, что поступает правильно.
– Дент зачастую слишком умничает. Он играл с тобой, принцесса.
– Ты о чем?
– Тебе и в голову не приходило? – спросил Вашер. – Нападения на караваны с припасами? Подстрекательство бедняков-идрийцев к бунту? Напоминания им о Варе и обещаниях свободы – еще свежих в памяти? Встречи с хозяевами трущоб, посчитавшими, что Идрис работает против халландренского правительства? Принцесса, ты сказала, что каждый человек считает себя правым, что каждый, кто против тебя, обманывался.
Он взглянул ей прямо в глаза.
– А ты хоть раз задумалась, что это ты можешь быть не на той стороне?
Вивенна застыла.
– Дент на тебя не работал, – продолжил Вашер. – Даже не притворялся, что работает. Кто-то из города нанял его, чтобы разжечь войну между Идрисом и Халландреном, и последние несколько месяцев он пользовался тобой и добивался своей цели. Я пытаюсь выяснить – почему. Кто за этим стоит, и зачем ему нужна война?
Вивенна лишь села, расширив глаза. Не может быть. Он ошибается.
– Ты стала идеальной пешкой, – добавил Вашер. – Ты напомнила жителям трущоб об их происхождении, и дала Денту символ объединения. Двор Богов сейчас в шаге от того, чтобы пойти в поход на твою родину. Не потому что боги ненавидят идрийцев – но потому, что им кажется, что идрийские мятежники уже на них напали.
Он покачал головой.
– Я не мог поверить, что ты не осознаешь, что делаешь. Я посчитал, что ты намеренно помогала ему начать войну, – Вашер оглядел Вивенну. – Я недооценил твой идиотизм. Одевайся. Уж не знаю, хватит ли нам времени исправить то, что ты натворила, но попробовать надо.

Одежда ощущалась странно. Штаны облегали бедра, и Вивенне казалось, что она почти обнажена; было непривычно не чувствовать шелеста юбок вокруг лодыжек.
Она молча шла рядом с Вашером, опустив голову и ощущая, что из коротких волос нельзя заплести даже косичку. Пока что Вивенна не пыталась их отрастить заново – это бы потратило дарованные едой силы.
Ступая сквозь идрийские трущобы, Вивенна заставляла себя не дергаться от каждого звука и оглядывалась через плечо – не следит ли кто? Следует ли за ней уличный бродяга, решивший стащить выпрошеннные деньги? Или головорезы, что продадут ее Денту? А в тенях – может, сероглазые Безжизненные, готовые напасть и убивать?
В стороне Вивенна заметила бездомную девушку – молодую, хотя и неясного возраста, с перепачканным сажей лицом и внимательными яркими глазами. Вивенна распознала голод в этих глазах; девушка решала – стоит ли попытаться их обокрасть.
Меча в руке Вашера хватило, чтобы она передумала. Вивенна проводила взглядом метнувшуюся в переулок девушку и ощутила, что почти узнает ее.
«Цвета, – подумала она. – Я и впрямь была такой?»
Нет. Нет. Она даже и близко не подошла к ловкости этой девушки. Вивенна была столь наивна – ее похитили, а она даже не поняла; потом же она принялась разжигать войну, даже не понимая, что делает.
«Ты когда-нибудь думала, что это ты можешь быть не на той стороне?»
Вивенна не знала, во что верить. Дент так быстро ее одурачил, что она не решалась принимать то, что сказал Вашер. Однако она все же видела признаки того, что он не солгал.
Дент всегда брал ее на встречи с наименее почтенными людьми города. Да, наемник вроде него был, скорее всего, лишь с такими и знаком – но как раз им бы куда больше пришелся по душе хаос войны. Нападения на припасы халландренцев затруднили бы руководство войной – но и побудили бы священников напасть, пока силы еще не подорваны. А еще потери их все больше злили.
Вивенну пробрало холодом – теперь она уже не могла не признавать то, что осознала.
– Дент заставил меня поверить, что война неизбежна, – прошептала она, шагая сквозь трущобы. – Мой отец считает, что она неизбежна. Все утверждают, что она начнется.
– Они неправы, – бросил Вашер. – Идрис и Халландрен уже десятки лет близки к войне, но неизбежной она не была. Чтобы королевство напало, надо убедить Вернувшихся – а они обычно слишком поглощены собой, чтобы пожелать беспокойства на уровне войны. Успешными станут лишь долгие старания – надо сперва убедить священников, потом побудить их спорить, пока и боги им не поверят.
Вивенна уставилась на грязные улицы и цветной мусор.
– Я и впрямь бесполезна, да? – прошептала она.
Вашер глянул на нее.
– Сперва отец отправил в жены Королю-Богу не меня, а сестру. Я последовала за ней, но даже не знала, что делаю – Дент перехватил меня в первый же день. Сбежав от него, я и месяца не провела на улице, как меня ограбили, избили и снова поймали. Теперь ты говоришь, что я собственноручно привела мой народ на грань войны.
Вашер фыркнул.
– Не придавай себе слишком уж большого значения. Дент уже долго работает над этой войной. Судя по тому, что я слышал, он подкупил самого идрийского посла; вдобавок есть люди в правительстве Халландрена, которые хотят конфликта – они-то и наняли Дента.
Вивенна была в полном смятении. Его слова звучали разумно – но и слова Дента так звучали. Надо было узнать больше.
– Ты хоть догадываешься, кто они? Те, кто нанял Дента?
Вашер покачал головой.
– Думаю, кто-то из богов, может, группа богов. А может, некоторые священники действуют сами по себе.
Они снова замолчали.
– Почему? – наконец спросила Вивенна.
– Мне откуда знать? – отозвался Вашер. – Я даже не могу выяснить, кто за этим стоит.
– Нет, – поправилась Вивенна, – не это. Почему ты ввязался в дело? Что тебе до него?
– Потому что, – ответил Вашер.
– Потому что – что?
Вашер вздохнул.
– Слушай, принцесса, я не похож на Дента. Я не умею болтать языком так, как он, и я вообще людей не слишком люблю. Не жди, что я с тобой буду трепаться. Понятно?
Вивенна удивленно замолчала, подумав:
«Если он пытается мной манипулировать, то как-то очень странно это делает».
Их путь закончился у потрепанного здания на углу у не менее потрепанного перекрестка. Вивенна замедлила шаг и остановилась, задумавшись – а как появились такие трущобы? Намеренно ли их строили тесными и убогими? Были ли когда-то улицы – эта, и другие, что она повидала – частью района получше, но обветшали из-за невнимания?
Вашер схватил стоящую девушку за руку, подтащил к двери и постучал по ней рукоятью меча. Через секунду дверь со скрипом отворилась, и наружу выглянул испуганный человек.
– С дороги, – раздраженно велел Вашер, распахнул дверь полностью и втащил Вивенну внутрь. Молодой человек шарахнулся в сторону, прижавшись к стене коридора и давая им пройти; он закрыл дверь за Вашером и Вивенной.
Наверное, Вивенне от такого обращения стоило бы испугаться или хотя бы разозлиться. Но после того, через что она прошла, грубость не казалась такой уж страшной.
Вашер отпустил ее руку и затопал вниз по лестнице. Вивенна осторожно последовала за ним; темная лестница напомнила о погребе в убежище Дента и она содрогнулась. Но, к счастью, на этом сходство погребов и ограничивалось: здесь оказались деревянные стены и пол, в центре комнаты лежал ковер, на котором сидело несколько человек. Пара из них встала, когда Вашер сошел с лестницы.
– Вашер! – воскликнул один из них. – Добро пожаловать. Хочешь выпить?
– Нет.
Собравшиеся неуверенно переглянулись; Вашер бросил меч к стене комнаты – тот с лязгом ударился о пол. Затем Вашер вытолкнул Вивенну вперед.
– Волосы, – сказал он.
Она заколебалась: Вашер использовал ее так же, как Дент. Но она не желала его разозлить, и повиновалась, сменив цвет волос.
Собравшиеся воззрились на нее с восторгом, несколько из них склонили головы.
– Принцесса, – прошептал кто-то.
– Объясни, что не хочешь, чтобы они воевали, – сообщил Вашер.
– Не хочу, – честно сказала Вивенна. – Я никогда не хотела, чтобы мой народ сражался с халландренцами. Наши почти наверняка проиграют.
Незнакомцы поглядели на Вашера.
– Но она же работала с хозяевами трущоб. Почему изменила свое мнение?
Вашер глянул на нее.
– Ну?
Почему она изменила мнение? Изменила ли его? Все случилось так быстро…
– Я… – выдохнула Вивенна. – Я прошу прощения. Я… не понимала. Я никогда не хотела войны. Я думала, что она неизбежна и попыталась что-то к ней подготовить. Однако меня могли обмануть.
Вашер кивнул, и оттолкнул ее; он подошел к собравшимся, которые снова устроились на ковре. Вивенна осталась на месте, охватив себя руками, ощущая под пальцами незнакомую ткань рубашки и куртки.
«Это идрийцы, – осознала она, вслушавшись в акцент говорящих. – И они видят меня, их принцессу, в мужском платье. Как я могу вообще о таком думать, после всего, что случилось и случается?»
– Итак, – Вашер сел. – Как вы собираетесь остановить происходящее?
– Постой, – сказал один незнакомец. – Ты ждешь, что мы передумаем? Пара слов от принцессы – и мы уже должны верить всему, что ты скажешь?
– Если Халландрен начнет войну, вы все – покойники, – рявкнул Вашер. – Вы что, не видите? Как думаете, что случится с идрийцами в трущобах? Если думаете, что сейчас все плохо – то подождите, пока вас не сочтут пособниками врага!
– Мы это знаем, Вашер, – сказал другой. – Но чего ты от нас ждешь? Чтобы мы подчинились халландренцам? Чтобы съежились и поклонялись их праздным богам?
– Мне неважно, что вы сделаете, – бросил Вашер, – если это не подорвет безопасность правительства Халландрена.
– А может, нам стоит признать, что надвигается война – и драться, – заметил третий. – Может, хозяева трущоб правы. Может, лучше всего будет надеяться на победу Идриса.
– Они нас ненавидят, – гнев блеснул в глазах молодого человека, ему было за двадцать. – Они с нами обращаются хуже, чем со статуями на улицах! Мы для них хуже Безжизненных!
«Я знаю этот гнев, – осознала Вивенна. – Я его ощущала. Все еще ощущаю. Гнев на Халландрен».
Сейчас его слова были для Вивенны пустым звуком. По правде, она не чувствовала злобы халландренцев по отношению к себе; если что она и ощущала – так это безразличие. Она для них была просто еще одним лицом с улицы.
Может, потому она их и ненавидела. Всю жизнь Вивенна пыталась стать важной для них – и считала себя жертвой чудовища-Халландрена и его Короля-Бога. А вышло так, что городу и его жителям она оказалась просто безразлична. Она была для них неважна. И как раз это разъяряло.
Тем временем один из идрийцев – пожилой человек в темно-коричневой шапке – задумчиво покачал головой.
– Люди беспокоятся, Вашер. Половина наших уже говорит о том, чтобы взять штурмом Двор Богов. Женщины запасаются пищей на неизбежный черный день. Наша молодежь тайно собирается и ищет в джунглях легендарную армию Калада.
– Они верят в старую легенду? – спросил Вашер.
Идриец пожал плечами.
– Она дает надежду – говорит о сокрытой армии, силы которой хватило, чтобы почти окончить Всевойну.
– Меня волнует не вера в мифы, – заметил другой. – Меня волнует то, что наша молодежь способна даже подумать о том, чтобы пустить в ход Безжизненных. Призраки Калада, ха!
Он сплюнул.
– Но это значит, что мы в отчаянии, – сказал один из старших. – Люди злы. Мы не можем остановить вспышки, Вашер. Не после резни, что случилась пару недель назад.
Вашер грохнул кулаком о пол:
– Вот этого они и хотят! Вы, идиоты, не видите, что даете своим врагам прекрасных козлов отпущения? Это не правительство натравило Безжизненных на трущобы! Кто-то подсунул в группу несколько взломанных солдат и приказал им убивать, чтобы все полетело кувырком!
«Что?» – вскинулась Вивенна.
– Халландренская теократия – как тяжелое здание, у нее полно бюрократической тупости и инерции, – продолжил Вашер. – Она даже и не сдвинется, пока кто-то не надавит! Если на улицах вспыхнут бунты, то фракции войны это будет очень на руку.
«Я могу ему помочь», – подумала Вивенна, наблюдая за реакцией идрийцев. Она инстинктивно понимала их так, как Вашер понять не мог. Он приводил хорошие аргументы, но подходил по неверному пути. Ему нужна была поддержка.
Она могла помочь. Но должна ли?
Вивенна даже и не знала. Что думать. Если Вашер был прав, то Дент пользовался ей как марионеткой. Она верила в это – но откуда знать, что Вашер не делает того же?
Хотела ли она войны? Нет, конечно. Особенно не войны, в которой Идрису будет очень тяжело выжить, не говоря уже о победе. Вивенна изо всех сил старалась подорвать способность Халландрена вести войну. Почему она даже не подумала о том, что ее можно предотвратить?
«А ведь думала! – осознала она. – Так я задумывала изначально, еще в Идрисе. Я собиралась стать невестой Короля-Бога и отговорить его от войны».
Она отказалась от этого плана… нет, ее сыграли так, чтобы она отказалась. Неважно, что ее убедило – придавившее отца чувство неизбежности или хитрость Дента, или и то, и другое. Изначально Вивенна стремилась предотвратить конфликт; так было лучше всего защитить Идрис и, как она теперь понимала, лучше всего защитить Сири. И она, по сути, отказалась от спасения сестры, предавшись своей ненависти и надменности.
Если она остановит войну, то это не защитит Сири от насилия Короля-Бога. Но, вероятно, не даст ее использовать как пешку или заложницу. Может спасти ей жизнь.
Этого Вивенне хватало.
– Слишком поздно, – сказал один из собравшихся.
– Нет, – выдохнула Вивенна. – Пожалуйста.
Сидевшие в круге застыли и глянули на принцессу; та вошла в круг и опустилась на колени.
– Прошу, не говорите такого.
– Но, принцесса, – спросил один из них, – что мы можем сделать? Хозяева трущоб разбудили гнев в людях. У нас, по сравнению с ними, нет власти.
– У вас определенно есть влияние, – ответила она. – Вы кажетесь мудрыми людьми.
– Мы просто домоседы и рабочие, – сказал другой. – У нас нет богатства.
– Но люди к вам прислушиваются? – спросила Вивенна.
– Некоторые.
– Так объясните им, что у них есть и иной выбор, – Вивенна склонила голову. – Скажите им, чтобы они были сильнее меня. Я видела силу идрийцев в трущобах. Если сказать им, что их использовали – может, они перестанут поддаваться чужому влиянию.
Мужчины замолчали.
– Я не знаю, говорит ли он правду, – она кивнула на Вашера. – Но я знаю, что Идрису в этой войне не победить. Нам надо приложить все усилия, чтобы предотвратить ее, а не раздувать.
Слеза обожгла ее щеку, волосы побледнели до белизны.
– Видите, я… более не так сдержанна, как подобает принцессе и последовательнице Остра. Я опозорила вас – но, прошу, не дайте моей ошибке стать роковой. Халландренцы не ненавидят нас – они едва нас замечают. Я знаю, как это раздражает, но если их заставить заметить, круша и разрушая их город, это лишь воспламенит гнев против нашей родины.
– Так что, мы просто поднимем лапки? – бросил молодой парень. – Позволим им топтаться по себе? Какая разница – намеренно они или нет? Нас все равно давят!
– Нет, – ответила Вивенна. – Должен быть способ получше. Сейчас идрийка стала королевой; возможно, если дать время, халландренцы преодолеют предрассудки. Сейчас надо направить все силы на то, чтобы не дать им напасть.
– Вы здраво говорите, принцесса, – сказал пожилой человек в шапке. – Но – простите мне дерзость – есть некоторые из нас, которым уже трудно волноваться об Идрисе. Он подвел нас до того, как мы ушли, и теперь мы не можем по-настоящему вернуться.
– Но мы идрийцы, – сказал один. – Но… наши семьи здесь более важны для нас.
Месяц назад Вивенна бы оскорбилась. Однако время на улицах научило ее тому, что отчаяние может сделать с человеком. Что значил Идрис для голодающих семей? Их нельзя было винить за такие взгляды.
– Думаете, вам станет лучше, если Идрис завоюют? – спросил Вашер. – Если начнется война, с вами будут обращаться еще хуже, чем сейчас.
– Есть и другой путь, – сказала Вивенна. – Я знаю о ваших бедах. Если я вернусь к отцу и расскажу обо всем, то, вероятно, мы сможем найти способ вернуть вас в Идрис.
– Вернуть в Идрис? – переспросил один из собравшихся. – Моя семья живет в Халландрене уже пятьдесят лет!
– Да, но пока жив король Идриса, – ответила Вивенна, – у вас есть союзник. При помощи дипломатии мы можем улучшить ваше положение.
– Король о нас и не думает, – печально сказал другой.
– Я думаю, – парировала Вивенна.
Так и было. Странное дело, но она отчасти ощущала больше родства с идрийцами города, чем с оставшимися в горах. Она их понимала.
– Нам надо найти способ привлечь к вашим страданиям внимание, не навлекая ненависть, – сказала Вивенна. – Мы его найдем. Как я говорила, моя сестра замужем за самим Королем-Богом. Возможно, с ее помощью мы можем убедить его улучшить трущобы. Не потому, что он устрашится насилия, которое наши люди способны применить, а потому, что посочувствует их положению.
Она по-прежнему стояла на коленях, стыдясь собеседников. Стыдясь своих слез, нескромной одежды и спутанных коротких волос. Стыдясь того, что она их так подвела.
«Как я могла столь легко провалиться? – подумала Вивенна. – Меня же считали столь подготовленной, столь способной управлять. Как я могла так разозлиться, что забыла о нуждах народа лишь потому, что захотела отплатить Халландрену?»
– Она искренна, – наконец сказал один из мужчин. – Это я признаю.
– Не знаю, – возразил другой. – Мне все равно кажется, что уже поздно.
– Если дело в этом, – проронила Вивенна, по-прежнему глядя в пол, – что вам терять? Подумайте о том, сколько жизней можно спасти. Обещаю, Идрис больше о вас не забудет. Если вы добьетесь мира с Халландреном, я сделаю так, что на родине вас будут чествовать как героев.
– Героев, да? – спросил кто-то. – Будет неплохо остаться в памяти героем, а не кем-то, кто смотался из гор в бесстыжий Халландрен.
– Прошу, – прошептала Вивенна.
– Я попробую что-то сделать, – сказал один из собравшихся, поднимаясь.
Еще несколько человек согласились, и тоже поднялись, пожав руку Вашеру. Вивенна не поднималась с колен, пока они не ушли.
В конце концов в комнате остались лишь она и Вашер; он сел напротив Вивенны и сказал:
– Спасибо.
– Я не для тебя это сделала, – прошептала принцесса.
– Вставай, – велел Вашер. – Пойдем. Я хочу тебя еще кое с кем познакомить.
– Я… – Вивенна села на ковре, стараясь как-то определить свои чувства. – Почему я должна поступать так, как ты велишь? Откуда мне знать, что ты меня не используешь? Что не лжешь? Как Дент.
– Неоткуда, – Вашер взял меч в углу. – Тебе просто надо делать то, что я скажу.
– Тогда я пленница?
Он поглядел на нее, подошел и присел рядом.
– Слушай. Мы оба согласны, что война обернется бедой для Идриса. Я не собираюсь брать тебя на рейды или заставлять встречаться с хозяевами трущоб. Тебе нужно только объяснять людям, что ты не хочешь войны.
– А если не захочу это делать? – спросила Вивенна. – Ты меня заставишь?
Пару секунд он глядел на нее, потом тихо выругался и встал, вытащил что-то из мешка и кинул Вивенне. Предмет – кошелек – звякнул, ударившись о грудь принцессы и упал на пол.
– Иди, – сказал Вашер. – Возвращайся в Идрис. Я без тебя все проверну.
Вивенна не тронулась с места, глядя перед собой; Вашер двинулся к выходу.
– Дент меня использовал, – прошептала она. – И что хуже всего – я по-прежнему чувствую себя так, будто случилось недоразумение. Будто он и впрямь мой друг, и что я должна вернуться к нему и выяснить, почему он сделал то, что сделал. Может, мы все запутались.
Она прикрыла глаза, опустив голову на колени.
– Но затем я вспоминаю, что я видела. Мой друг Парлин мертв. Солдаты моего отца – в мешках. Я ничего не понимаю.
Наступила тишина. Потом Вашер произнес:
– Принцесса, ты не первая, кого он обдурил. Дент… хитер. Человек вроде него может прогнить до самого сердца, но если он весел и обаятелен, то его послушают. Даже полюбят.
Она подняла голову, смаргивая слезы.
Вашер отвернулся.
– А вот со мной, – сказал он, – иное дело. У меня проблемы с переговорами. Я раздражаюсь. Срываюсь на людей. Популярности это мне не прибавляет. Но я обещаю, что не стану лгать тебе.
Он посмотрел в глаза Вивенне.
– Я хочу остановить войну. Только это для меня сейчас важно. Я обещаю.
Она не была уверена, что верит ему. И все же чувствовала, что хочет верить.
«Идиотка, – подумала Вивенна. – Ты попросту подставляешь себя еще раз».
Она уже доказала, что не слишком разбирается в людях; и все же Вивенна не подняла кошелек.
– Я хочу помочь. Но лишь тем, что буду объяснять другим, что не хочу допустить вреда Идрису.
– Неплохо.
Вивенна заколебалась.
– Думаешь, мы сумеем? Сумеем остановить войну?
Он пожал плечами.
– Может быть. Если я сдержусь и не выбью все Цвета из этих идрийцев, которые ведут себя как идиоты.
«Пацифист с буйным нравом, – уныло подумала Вивенна. – Ну и сочетание. Немногим лучше набожной идрийской принцессы, у которой биохроматического Дыхания хватит на небольшую деревню».
– Есть и другие схожие места, – сказал Вашер. – Я покажу тебя людям там.
– Хорошо, – ответила Вивенна, поднимаясь и стараясь не глядеть на меч. Даже сейчас от него исходило странное ощущение, вызывавшее тошноту.
Вашер кивнул.
– На встречах будет немного людей. У меня нет связей Дента и нет дружбы с важными людьми. Я знаю лишь рабочих; нам надо навестить красильные цеха, может быть, даже поля.
– Понимаю, – сказала Вивенна.
Не проронив ни слова, Вашер поднял кошелек и вывел ее на улицу.
«Ну вот, – подумала Вивенна, – все сначала. Надеюсь только, что теперь я на правильной стороне».

@темы: Cандерсон, Warbreaker, Переводы